Терминатор как мешок с картошкой сгрузил Бэта на железную кровать, застеленную лоскутным одеялом. Пружинный матрас заскрипел, но выдержал. Яга стала суетиться на кухне, которую совмещала с химической лабораторией. Руки её так и мелькали, когда она доставала с полок всяческие банки и бутылки с разными ингредиентами.
- Ничего, касатик! – приговаривала бабка, смешивая в колбе коготь дракона с ядовитым плевком столетней девственницы, - Я тебя вылечу! И себя вылечу. Всех вылечу! Будете у меня как новенькие, дайте только времечко.
А Бэт бился в лихорадке, в полубреде ему мерещился штурм какого-то дворца, он видел, как какой-то рабочий волок на себе тяжеленный пулемёт и готовился вступить в бой, кругом висят плакаты с призывами к свержению каких-то господ. Бежит матрос, бежит солдат, шмаляют на ходу, а он стоит и не понимает какой он видит город и в каком году? На фоне этой батальной сцены всплыл светлый Олёнин образ, и он подумал: «Пока я тут валяюсь покусанный и отравленный каким-то зелёным чудищем, моя Олёна лежит там одна-одинёшенька… Пылью поди вся покрылась… А если я погибну, то она так никогда и не проснётся…» От этой мысли ему стало очень тоскливо. Нет, не так он хотел окончить свой жизненный путь, окочурившись на кровати Бабы Яги. Он хотел покинуть этот мир как герой, выполнивший свой долг до конца и что бы его тело на похоронной процессии окружала Толпа плакальщиц, хныкальщиц, охательниц, стенальщиц, всхлипывательниц, вздыхательниц и хлюпательниц… От этого бреда его спасла острая боль - это Баба Яга измеряла ему температуру ректально.
- Ой! Больно! – заорал Бэт.
- Это только с непривычки. – прошамкала Яга, - Скоро привыкнешь!
- Привыкать к такому не хочу я! – взвизгнул Бэт и попытался вырваться, но для этого он был ещё очень слаб, да и из цепких ручек Яги ещё никто не вырывался, и она исполнила процедуру до конца.
- Температура какая меня у? – слабо пробормотал Бэт, когда всё закончилось.
-Сорок градусов! По Бахусу… - проворчала старуха, - Сейчас я тебя лечить буду! Ну-ка, выпей это! - И протянула ему алюминиевую кружку от которой поднимался зеленоватый дымок. – Только залпом, на выдохе!
Бэт старательно выдохнул и одним глотком осушил кружку. Ощущения были такие, что он выпил напалм – внутри всё заполыхало как в доменной печи. Он попытался вдохнуть и широко открыл рот, но вдоха не получилось. Задыхаясь Бэт резко вскочил, но ноги его не держали и он, не закрывая рта упал лицом на стол так, что зубы увязли в столешнице. Сознание вновь покинуло его. Терминатор одним движением выдернул клыки Бэта из стола и уже привычно перетащил его на кровать. Муму запрыгнула на тумбочку около кровати, всмотрелась в лицо Бэта и сказала:
- Он выглядит как гжельский чайник.
- Почему? – удивилась Яга.
- Бледный до белизны и синим кругами под глазами.
- А, это! Это просто побочный эффект от моего зелья-антидота. – махнула рукой старуха, - Это пройдёт. Быстро пройдёт. Вот покушает моей еды с лечебно-слабительным эффектом, и всё как рукой снимет!
Собака хмыкнула, но тему развивать не стала. Она всё время думала о Бэте и никак не могла понять, то ли он птица высокого полёта, толи чудо в перьях. Мысль эта не давала её покоя с самой первой минуты знакомства, именно поэтому псина решила примкнуть к этой компании и не покидать Бэта до самого конца приключения. «А там может и к себе заберёт, - подумала Муму, - Ошейник подарит. Всем же известно, что ошейник для собаки, как портфель для человека, сразу статус видно!»
Бэт очнулся глубокой ночью, когда все уже спали: Яга на печи в обнимку со своим котом, Колобок похрапывал на столе в глубокой тарелке, Муму свернулась калачиком около двери, а Терминатор стоял в углу как античная статуя, но с тем отличием, что внутри статуй не тикал будильник. Была полная темнота, лишь только зеркало в тяжёлой бронзовой раме слабо мерцало голубоватым сиянием. По его поверхности пробегала рябь как на экране ненастроенного телевизора. Бэта разобрало любопытство, он тихо встал и на цыпочках подошёл к зеркалу и прошептал:
- Свет мой, зеркальце, скажи, да всю правду доложи! Я ль на свете всех тупее, бесполезней и пьянее?
Молвит зеркальце в ответ:
- Ты придурок, спору нет, но живет на белом свете таких ещё две трети!
- Это ещё почему? – удивился Бэт.
- А потому! - огрызнулось зеркало, - Что ты из себя представляешь? Книжек не читал, фантики не коллекционировал, из всех возможных хобби предпочитал утреннее похмелье. И какое после этого ты хочешь резюме? Я тебе правду сказало!
- Те, кто всегда и всем говорят правду, не могут похвастаться длительными сроками жизни. - сказал Бэт плюнул в зеркало. Из-за рамы тут же выехал автомобильный «дворник» и протёр поверхность. Зеркало ухмыльнулось:
- Всё предусмотрено! Не всем нравится про себя правду слышать! А тебе бы стоило заняться самоанализом!
- Как это? Уринотерапией?
- Я же говорю – придурок! – сказало зеркало и отключилось, на тёмной поверхности вспыхнули слова «No signal computer monitor!»
- Вот зараза! – прошептал Бэт и треснул по зеркалу кулаком и поверхность зеркала окрасилась синим цветом BSoD.
- Ты по что мою информационную систему тиранишь, охальник? – раздался с печи голос Яги, которая, как выяснилось, внимательно наблюдала за действиями Бэта. – Нечего на зеркало пенять, коли результат диагностики не нравится!
Бэт подпрыгнул от испуга и сказал:
- А чего это вам не спится, бабушка? - грациозным движением руки он поправил вставшие дыбом волосы.
- Да всё о тебе, касатик думаю, - ответила старуха. – От яда я тебя избавила, но что тебе дальше делать – ума не приложу…
Продолжение следует ждать…